В очередь!

Вкладчикам обанкротившихся таджикских банков не возвращают деньги и уверяют, что это законно
Нацбанк Таджикистана. Фото с сайта avesta.tj

На днях вступил в силу приговор бывшему главе «Таджпромбанка» (ТПБ) Джамшеду Зияеву, вынесенный судом района Сино города Душанбе. Зияева признали виновным в присвоении и растрате денег вкладчиков, мошенничестве, злоупотреблении полномочиями, подделке документов, и приговорили к лишению свободы на 8,5 лет. Однако вкладчики обанкротившегося банка никакой радости по поводу свершившегося правосудия не испытывают, так как уже 4 года не могут вернуть свои деньги. Известный в стране адвокат Солиджон Джураев, оказавшийся в числе обманутых вкладчиков и инициировавший расследование против Зияева, уже пригрозил — либо средства вернут в течение месяца, либо он подаст в суд на самого президента. Подробности — в материале корреспондента «Ферганы».

Джамшед Зияев был задержан 24 апреля 2018 года, а 16 мая — переведен в СИЗО. По данным следствия, будучи главой «Таджпромбанка», он направлял средства вкладчиков на развитие собственного бизнеса. Выяснилось также, что Зияев раздавал своим родственникам деньги сотнями тысяч долларов в виде кредитов, а спустя некоторое время те возвращали в качестве погашения ссуды не деньги, а объекты недвижимости, которые оформлялись банком по завышенной стоимости. Об этом, в частности, говорил адвокат Солиджон Джураев, оказавшийся в числе обманутых вкладчиков банка и инициировавший судебное разбирательство в связи с банкротством ТПБ. Джураев — известный в Таджикистане адвокат, много лет проработавший следователем, а затем, в начале 1990-х — в органах прокуратуры (некоторое время он был даже Генпрокурором Таджикистана).

О приговоре Зияеву стало известно в середине декабря. Несмотря на свершившееся правосудие, пострадавшие клиенты бывшего «Таджпромбанка» так и не увидели своих денег. «Ситуация с возвратом наших вкладов нисколько не улучшилась от ареста, следствия и последующего судебного процесса над Зияевым, длящихся 2,5 года. — рассказал «Фергане» вкладчик Фирдавс Шукуров. — У нас были надежды в период следствия, однако следователи Генпрокуратуры не признали вкладчиков потерпевшими (...). Поразительно, но похоже, что таджикское законодательство и правоохранительные органы сознательно и целенаправленно уводят банкиров-воров от ответственности перед обворованными ими людьми». Чтобы понять, почему граждане оказались в таком положении, нужно обратиться к событиям десятилетней давности.

«Такого нет ни в одной стране мира»

В январе 2011 года занимавший на тот момент пост председателя Нацбанка Таджикистана (НБТ) Шариф Рахимзода сообщил журналистам, что регулятор разработал проект закона «О ликвидации кредитных организаций», подчеркнув, что над документом помогали работать международные специалисты, и что он «отвечает международным стандартам». Далее Рахимзода отметил, что речь в документе «идет о капиталах вкладчиков, а это — вклады населения, а также банков, включая НБТ», не дав никаких дальнейших разъяснений.

Между тем, бывший депутат, отработавший в парламенте страны два срока (2000 – 2010 гг.), на условиях анонимности так прокомментировал «Фергане» это событие: «Ранее этот законопроект банкиры дважды пытались протащить в парламент. Но тогда в его составе были честные и действительно независимые депутаты, которые, поняв его антизаконный и фискальный характер, отказались от рассмотрения. Ведь этим законопроектом нарушались права частных лиц на возврат своих денег при ликвидации банка, оговоренные Конституцией и Гражданским Кодексом. Первенство перед гражданами отдавалось самому НБТ и правительству. Такого положения не было и до настоящего времени нет ни в одном банковском законе стран СНГ и мира.

Однако, как только мы ушли, банкиры совместно с НБТ вновь предложили его. Депутаты нижней палаты парламента следующего, III созыва (2010 – 2015 гг.) этот антинародный закон безропотно одобрили. Далее его оперативно ратифицировали депутаты верхней палаты парламента. Закон был подписан президентом и вступил в силу в середине 2011 года. В конце этого же года был «подправлен» и закон «О банковской деятельности», куда также внесли грабительские поправки из закона «О ликвидации кредитных организаций»».

Джамшед Зияев. Фото с сайта bonkir.tj

Экс-депутат пояснил, что согласно этому документу, при ликвидации банков в первую очередь деньги пойдут на сам процесс ликвидации, затем — на зарплату работникам кредитной организации. «Отмечу, что названное — сравнительно небольшие средства, но получатели третьей очереди — правительство и НБТ, средства которых превышают миллиард сомони. И после них, лишь на 4-ом месте — любые невыплаченные требования вкладчиков и депозиторов. Люди могут просто не дождаться возврата», — сказал собеседник «Ферганы».

Банковский кризис

После изменения законов наиболее крупные банки страны — «Агропромбанк» (АИБ), «Точиксодиротбанк» (ТСБ), «Таджпромбанк» (ТПБ), и «Фононбанк» (ФНБ) — вдруг разом стали задерживать возврат сбережений людям и временами прекращали выплату процентов по вкладам. Никаких пояснений возмущенным гражданам сотрудники банков не давали, вместо этого охранники зачастую просто никого не пускали внутрь. Жалобы в парламент и слезные письма президенту результатов не приносили.

Положение вкладчиков многократно обсуждалась в Генпрокуратуре, парламенте и на заседаниях правительства. Президент страны Эмомали Рахмон в своих выступлениях осуждал банкиров и обещал возврат денег, но этого не происходило. Лишь в конце 2016 года власти официально признали наличие банковского кризиса. Двум системообразующим банкам — АИБ и ТСБ выделили крупные суммы — 3,85 млрд сомони (около $338 млн по текущему курсу) для спасения от банкротства. Впрочем, правительство тут же «отозвало» взаимозачетом из этой суммы свои денежные вложения, названные «свободными средствами бюджетных учреждений, временно размещёнными на депозитных счетах». Только в двух банках (ТСБ и АИБ) их объем превышал 1,6 млрд сомони (свыше $144 млн), а общая сумма составляла около 1.9 млрд сомони (свыше $166 млн).

Позднее выяснилось, что в «Таджпромбанке» Минфин «держал» сумму в 100 млн сомони ($8,7 млн), и ради своих интересов незаконно, используя Минюст, запретил продажу любого имущества вкладчикам. Этот запрет был отменен лишь полтора года спустя благодаря судебному процессу, инициированному адвокатом Джураевым. Минфин вернул свои 100 млн нескоро, однако, вместе со штрафными санкциями, составившими 24 млн сомони ($2 млн). Чего нельзя о вкладчиках, до сих пор обивающих пороги банков.

У «Таджпромбанка» и «Фононбанка» лицензии были отозваны и в 2017 году началась их ликвидация. Только тогда вкладчики оценили на себе бесчеловечность законодательных нововведений, а ликвидаторы банков с издевкой заявляли людям: «Мы не можем нарушить законы и вернуть ваши деньги. Ждите своей очереди, вы после Нацбанка и властей». Некоторые отчаявшиеся вкладчики обратились в суд. «Фергане» известно по меньшей мере о трех подобных процессах против банков, однако во всех трех случаях истцы проиграли.

Сейчас прошло уже два ликвидационных срока, или 4 года, установленных законом «О ликвидации кредитных организаций» для удовлетворения требований всех кредиторов, а черед обманутых вкладчиков так и не наступил. В 2016 году их количество превышало 65 тыс. человек, а сумма, которую они пытались вернуть — около 1,8 млрд сомони (свыше $157 млн по текущему курсу).

«Предложил завтра вернуть все деньги, если отдам ему половину»

Спустя месяцы бесполезных жалоб люди осознали, что их права никто защищать не будет, а состояние большинства было близко к нервному и физическому истощению. В сохранивших лицензию банках им пришлось, скрепя сердце, согласиться на новые договоры, где проценты по вкладам были снижены с 15–18% до пяти.

Тем, кто отказался, а также вкладчикам ликвидируемых банков предложили возвращение их средств малыми суммами — по $100-200 в месяц. В ТПБ валютные вклады без согласования с их владельцами были пересчитаны в сомони. Кроме того, за каждую банковскую «услугу», включая новые договоры, обслуживание, проверку данных о состоянии счета или выдачу наличных со счетов вкладчиков начали снимать суммы, эквивалентные $1 -$5.

Обещанный график возврата денег стал нарушаться уже в первые месяцы, а суммы постоянно занижались. За 4 года вкладчикам удалось вернуть лишь $2 — $4 тыс., в зависимости от их напористости и возможности стоять в длинных очередях. Некоторые из них получали предложения «договориться». Ольга, сотрудница международной организации, рассказала «Фергане»: «Мой вклад составляет $100 тыс. и договор был заключен на 3 года под 18% годовых. Заключить новый договор на условиях 5% я отказалась и требовала возврата денег. После очередной бесполезной встречи с зампредседателя банка на улице меня догнал неприметный парень и предложил мне завтра же вернуть все деньги, если я отдам ему половину. Я обругала его и наотрез отказалась».

Тогда Ольга надеялась, что после выделения банку бюджетных миллионов его состояние стабилизируется и она сможет вернуть свой вклад. Однако этого не произошло. «Унизительно было отдавать мошеннику честно заработанные деньги нашей семьи. Но видя творящийся многолетний беспредел, думаю, что «поделившиеся» с жуликами оказались в лучшем положении, чем люди, изо дня в день стоящие в очередях и тратящие нервы, силы и время, чтобы вернуть хоть какие-то крохи от своих вкладов», — отметила она.

Солиджон Джураев. Фото с сайта News.tg

В настоящее время примерно половина вкладчиков с малыми суммами на счетах отсеялась, получив страховые и мизерные банковские выплаты. Однако еще несколько тысяч человек остались без денег. Убедившись, что писать заявления в Генпрокуратуру и президенту бесполезно, адвокат Солиджон Джураев решил добиться изменения закона. В апреле 2018 года он обратился в Конституционный суд Таджикистана с ходатайством устранить несоответствие между Гражданским кодексом и законом «О банкротстве кредитных организаций» в части очередности возвращения денег вкладчикам. Большинство компетентных таджикских юристов поддержали инициативу Джураева, однако в КС к ней отнеслись критически. Глава суда Махкам Махмудзода в интервью «Asia-Plus» заявил: «Мы не согласились с той частью ходатайства адвоката, в которой отмечается, что невозвращением в первую очередь сбережений населения страны, обанкротившиеся банки страны нарушают нормы Конституции Таджикистана, и отклонили ее». Однако тот факт, что закон противоречит Гражданскому кодексу, Махмудзода признал, отметив: «Мы предложили парламенту страны устранить данные противоречия».

Депутаты парламента IV созыва, в свою очередь, не только не отменили спорный закон, но и смело пошли на его защиту. Бывший глава Нацбанка Шариф Рахимзода, получивший пост главы комитета парламента по экономике и финансам (занимал его до весны 2020 года), заявил, что «по принципам законотворчества нормативно-правовые акты, в том числе законы, принятые позже по сравнению с законами, принятыми ранее, имеют превосходство». С этим доводом не согласились юристы, в частности доктор юридических наук Шокирджон Хакимов и заслуженный юрист Таджикистана, судья в отставке Ватан Абдурахманов. Они указали, что нормы всех законов и кодексов, касающиеся прав человека, его свобод, независимо от даты утверждения, всегда имеют превосходство. «В статье 10 Конституции РТ говорится, что законы и другие правовые акты, противоречащие Конституции, не имеют юридической силы. Также не следует забывать, что международные правовые акты, признанные Таджикистаном, являются составной частью правовой системы республики. В случае несоответствия законов республики признанным международным правовым актам применяются нормы международных правовых актов», — пояснил Абдурахманов.

Тем не менее, депутаты парламента в октябре 2018 года единодушно проголосовали за внесение поправок в Гражданский кодекс, в числе которых был абзац: «В случае ликвидации кредитных организаций требования кредиторов удовлетворяются в порядке, установленном законодательством РТ о ликвидации кредитных организаций». Далее эта инициатива получила одобрение депутатов верхней палаты и была подписана президентом. Закон вступил в силу в начале 2019 года. Джураев так прокомментировал это: «Законодатели мне, заявителю, не дали ответа. Но вопреки Конституции (ст. ст.5 и 10) и определению Конституционного суда (ст. ст. 60 и 61 Закона) депутаты IV созыва, и весь карманный парламент встали на сторону банкиров, коррупционеров и воров, ограбивших граждан — вкладчиков банка. Отмечу, что эта поправка, хотя и давно принята, но до сих пор даже на сайте МО (Маджлиси Оли) не внесена в текст ГК. Она противоречит статьям 1 и 2 этого же Гражданского кодекса, статьям 5 и 10 Конституции, согласно которым человек, его права и свободы являются высшей ценностью, и признаются, соблюдаются и защищаются государством (это отмечено и в определении Конституционного суда).

Конституция Таджикистана обладает высшей юридической силой, ее нормы имеют прямое действие. Законы и другие правовые акты, противоречащие Конституции и нормам ст. ст.1 и 2 ГК (таковым является статья 35 закона «о ликвидации кредитных организаций»), не имеют юридической силы» — уверен адвокат.

Адвокат подаст в суд на государство

Недавно Солиджон Джураев сделал следующее заявление: «Несмотря на неоднократные обещания главы государства, руководителей Нацбанка и правоохранительных структур решить проблему вкладчиков, ситуация остается прежней. Никто не принял суровые и действенные меры для защиты обокраденных вкладчиков. Тем временем воры и коррупционеры творят свои неблаговидные дела, одурачивают граждан. По вине депутатов парламента, руководства Минфина и Минюста, бездействия прокуратуры и спецадминистратора ТПБ, вкладчикам и членам их семей нанесены тяжкие страдания и негативные последствия. И никто не ответил за это, включая доведенного до самоубийства вкладчика Кадырова. Государство не только не обеспечило наши права на собственность, но и просто устранилось от своей конституционной обязанности, отдав тысячи своих граждан на растерзание алчным и ненасытным банкирам; тем временем деньги граждан–вкладчиков воруют и грабят государственные структуры и их спецпредставитель в банке. Иными словами, всё идет по сценарию коррупционеров и государственных грабителей, для которых нет закона и суда. Они и банкиры становятся неимоверно богатыми, а простые смертные продолжают нищать и страдать!

Заставить богатых и высокопоставленных госчиновников поступать справедливо и вернуть вкладчикам их средства, равносильно тому, как заставить волка есть траву. И я хочу в очередной раз спросить высшее руководство страны: кто в Таджикистане управляет банковской системой: власть или коррупционеры-воры? Обосновываясь приговором суда по делу Зияева, и с учетом всего вышесказанного, я планирую воспользоваться правом, которое дает мне закон! Если в течение месяца не будут возращены наши вклады, то я, от имени всех обворованных вкладчиков подам в суд на государство: президента страны Эмомали Рахмона, гаранта конституционных прав граждан, но не выполняющего свои обязанности должным образом, на министерства финансов и юстиции, и на преступника Зияева и его сообщников. Иск будет называться «О взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда» с восстановлением справедливости в деле, длящемся более пяти лет. Я могу предположить, что «карманный» суд станет на их сторону, но ради высшей справедливости и потребностей моей души к правде, я выведу воров, коррупционеров и их высоких покровителей на чистую воду!».


Читайте также