«Замачивайте в хлорке и используйте дальше»

Во что обходится пациентам и рядовым медикам борьба с коронавирусом в Таджикистане
Тажикистанские медики. Фото из соцсетей

В Таджикистане на 14 мая выявлено 907 заболевших COVID-19. Еще 4300 человек с симптомами вирусной инфекции находятся под наблюдением врачей. Министерство здравоохранения и соцзащиты утверждает, что лечение больных с диагнозом COVID-19 осуществляется бесплатно. На каналах таджикского телевидения и в государственных СМИ чиновники рапортуют об обеспеченности медучреждений лекарствами, антисептиками и средствами индивидуальной защиты. Однако жители страны говорят об обратном: многие дорогостоящие лекарства им приходится покупать самим, а медики вынуждены многократно использовать одноразовые маски и костюмы. В соцсетях таджикистанцы задаются вопросом: куда уходят многомиллионные средства и гуманитарная помощь с лекарствами, которые Таджикистан получает от международного сообщества. «Господа чиновники из Таджикистана, запомните: коронавирус не любит вранья»,предостерег один из пользователей Facebook.

Жительница Душанбе Зухро рассказывает, что ее муж в начале мая попал с коронавирусом в 6-е отделение Национального медицинского центра («Караболо»). За место в палате с них попросили 600 сомони ($58). Все лекарства по выданному врачами списку пришлось купить самим на 1,5 тысячи сомони ($147).

— Даже на входе в отделение приходиться платить по 5 сомони санитаркам за то, чтобы мужу передали еду. Теперь молю бога, чтобы муж выкарабкался, — он у нас один работал. Иначе не знаю, на какие деньги мы будем лечиться. У нас были небольшие сбережения, но все потрачены на его лечение. Уже и в долг пришлось влезть. Ведь, помимо лечения, нужно еще и еду покупать, а цены растут каждый день. Хорошо, что у нас с детьми пока нет никаких признаков болезни, — говорит Зухро.

Другая собеседница «Ферганы» рассказала о больном коллеге и его отце, которые одновременно попали в медцентр «Истиклол» в Душанбе.

— За койко-место взяли по 500 сомони ($50) с каждого. За свой счет пришлось сделать компьютерную томографию, которая стоила тоже по 500 сомони. Лекарства семье обошлись в 2,5 тысячи сомони ($243). В аптеках Душанбе их не оказалось, нашли с большим трудом в Хатлонской области, — отмечает женщина.

О том, что больных с коронавирусной инфекцией лечат за их счет, таджикистанцы рассказывают и в социальных сетях. Такие сообщения приходят в основном от жителей Душанбе — пациентов все тех же крупных медцентров «Караболо» и «Истиклол».

Из регионов поступает разная информация. Так, две жительницы города Бустона в Согдийской области писали, что в их больнице лечение проводилось бесплатно. Жители Хорога сообщили, что за место в палате денег с них никто не брал, а свое лечение оплачивали частично — некоторые лекарства приходилось покупать самим.

Больные COVID-19 сталкиваются и с другой проблемой: препараты, которые назначают при лечении коронавируса, как и средства индивидуальной защиты (СИЗ), в течение последнего месяца подорожали как минимум в три-четыре раза. В некоторых случаях — даже в десять и более раз. Так, стоимость «Арбидола», который, к слову, признан абсолютно бесполезным в борьбе с коронавирусом, подскочила с 35-40 сомони ($3,3-4) до 400-500 сомони ($38-48). После вмешательства органов правопорядка, которые в начале мая провели рейды по аптекам, цены снизились, но все-таки не до уровня 2-3-месячной давности. Сейчас тот же «Арбидол» стоит 200-250 сомони ($19-23). И при этом во многих аптеках его не найти, как и другие противовирусные препараты и антибиотики.

Сообщения в Facebook про нехватку лекарств, оборудования и о платном лечении

Органы правопорядка на повышение цен отреагировали не сразу, а только после жалоб общественных активистов в Антимонопольную службу. За необоснованное повышение цен на лекарства и СИЗ были задержаны продавцы некоторых аптек. Между тем, как сообщил «Фергане» владелец одной из аптек, ценовую политику им диктуют оптовые торговцы.

«Мы передаем оптовикам список лекарств, и они отправляют их по тем ценам, которые устанавливают сами. Сейчас у них цены выросли в разы. А крайними становятся владельцы и продавцы аптек», — сказал он на условиях анонимности.

Медикам не хватает СИЗ

В Таджикистане, власти которого до конца апреля отрицали наличие коронавируса в стране, долгое время не придавали серьезного значения защите медиков. С конца марта в республике был отмечен рост больных пневмонией и умерших от нее. Врачи, по их признаниям, понимали, что это ковид, и просили средства защиты, но им приходилось покупать СИЗ за свой счет.

Опубликованный в соцсетях снимок врача с пакетами вместо бахил

Некоторые медики отказывались заходить к больным без должной защиты. Были и те, которые оставляли работу и уходили. Только после подтверждения властями случаев коронавируса в Таджикистане 30 апреля медикам начали бесплатно выдавать защитные костюмы. Свою роль сыграл и широкий общественный резонанс в местных независимых СМИ и соцсетях, где таджикистанцы с возмущением рассказывали о незащищенности врачей. По сетям гуляла фотография врача одной из таджикских больниц, у которого на ногах вместо бахил — целлофановые пакеты.

Но и сейчас медицинский персонал продолжает жаловаться на нехватку СИЗ, особенно в сельских больницах. В частности, в соцсетях 8 мая были опубликованы два письма медсестры одной из больниц в Согдийской области. В первом своем письме (от 1 мая) она рассказывает о том, что их больница к началу мая уже почти полностью была заполнена больными с пневмонией. Медикам дали поручение лечить больных на дому, но при этом не обеспечили средствами защиты: выделили только по одной маске на человека на несколько дней.

«Я покупала один раз защитную одежду за свой счет, главврач говорит: замачивайте в хлорке и используйте дальше. […] Некоторые чиновники прикинулись больными и изолировались у себя дома. Когда нас направляют к ним, они даже во двор к себе не разрешают заходить, боятся, как бы мы их не заразили. Дают нам 10 сомони и говорят, чтоб никому не говорили, что они не болеют. После этого обрызгивают хлоркой место, на котором я стояла», — пишет медсестра.

Сообщение о больных с симптомами COVID-19 и нехватке СИЗ в телеграм-канале

Женщина рассказала, что уже четыре медсестры из их больницы заразились коронавирусом, но даже после этого никто не проявил заботу о медперсонале. Во втором письме, которое было написано через неделю, медсестра отмечает, что произошли некоторые изменения, в частности, создана экстренная группа, которую обеспечили СИЗ и отправили по домам делать уколы больным.

«Вчера привозили муку в помощь медицинским работникам. Приходили с телевидения. Выдали муку только одной группе, сняли сюжет. И все, больше никому помощь не выдали. Сегодня случайно увидела в кабинете главврача 10 мешков муки. Знаете, когда кто-то приносит еду или другую помощь в больницу, то ее раздают в первую очередь врачам. Многое видим лишь тогда, когда ее разгружают с машин… На днях случайно увидела список списанных лекарств, масок и перчаток. Мы же эти средства покупаем сами. Видя всю эту несправедливость, очень хочется бросить все, но не знаю, на что дальше жить», — поделилась медсестра.

В соцсетях 9 мая появилось видео адвоката из Согдийской области Гульноры Аминовой, которая рассказывает, что уже 10-й день находится в одной из больниц города Худжанда, но медперсонал не подходит к ней, чтобы сделать укол, потому что у них нет средств защиты.

Куда уходит гумпомощь

На фоне сообщений о платном лечении пациентов с COVID-19 и плачевном положении медперсонала в ряде больниц многие таджикистанцы в соцсетях задаются вопросом: куда девается гуманитарная помощь, присылаемая в республику из-за рубежа. За последние два месяца международные финансовые институты (Всемирный банк, Азиатский банк развития, Международный валютный фонд), структуры ООН, США и страны Евросоюза выделили Таджикистану в общей сложности более $300 млн на борьбу с коронавирусом и поддержку госбюджета в связи с пандемией.

Возможно, с учетом бюрократических процедур эти средства еще не поступили в республику. Но совершенно точно из Китая, России, Ирана, Узбекистана и других стран начиная с апреля поступили несколько крупных партий экстренной гуманитарной помощи, включающей медикаменты, аппараты ИВЛ, бесконтактные термометры и средства индивидуальной защиты (маски, перчатки, очки, костюмы) для медиков. Информацию о каждой такой партии подробно давали местные СМИ, и те же самые СИЗ в них исчислялись десятками и сотнями тысяч штук. Только одна партия китайской помощи, переданная Таджикистану 10 мая, содержала 396,8 тыс. одноразовых медицинских масок, 48 тыс. медицинских защитных масок, 47 тыс. хирургических масок и 11 750 комплектов защитной одежды для медиков.

Кроме того, при Министерстве финансов республики еще в апреле был открыт специальный счет для аккумулирования пожертвований в помощь здравоохранению, на который работники госорганов стали переводить часть своей зарплаты. Первым свою месячную зарплату на борьбу с COVID-19 перевел президент Эмомали Рахмон, после чего инициативу подхватили и другие чиновники. В некоторых ведомствах с рядовых сотрудников принудительно списали их однодневный заработок. На 14 мая на этот спецсчет поступило 9,1 млн сомони ($886 тыс.) и $35,2 тыс. Используются ли уже эти деньги по назначению, неизвестно. Минфин обещает отчитаться, но пока такого отчета на сайте ведомства нет.

Нерасторопность чиновников в реагировании на нужды больниц и медработников заставила мобилизоваться гражданское общество. После того как подтвердились первые случаи коронавируса, в республике появились волонтерские группы, которые организовали сборы помощи медучреждениям. На собираемые деньги они закупают и развозят по больницам средства защиты и обеды для медработников, которых таджикистанцы называют «героями» и «ангелами-хранителями». Такие акции сейчас в Таджикистане волонтеры проводят ежедневно.

Не исключено, что волонтерам приходится закупать СИЗ как раз из тех самых партий гуманитарной помощи, которая не доходит до медиков. О том, что какая-то часть гуманитарки идет на продажу, «Фергане» подтвердил и один из аптекарей. «На коробках с некоторыми лекарствами, которые мы получаем от оптовиков и за которые, соответственно, им платим, есть наклейки, что это гуманитарная помощь», — сказал он.

Объявление в Facebook о продаже СИЗ

В то же время в соцсетях периодически появляются объявления о продаже СИЗ для медперсонала. К продаже по спекулятивным ценам предлагаются перчатки, разные виды медицинских масок, очки, защитные комбинезоны, тепловизионные термометры. Например, защитный комбинезон продается по 250 сомони ($25). Выставляют такие объявления с фейковых аккаунтов. Комментарии пользователей с обвинениями в продаже гуманитарной помощи авторы постов игнорируют и отвечают исключительно тем, кто интересуется товаром в целях покупки. Через некоторое время посты исчезают вместе в аккаунтами их авторов.

Хотя в этих объявлениях указаны номера телефонов продавцов, представители органов правопорядка не интересуются ими. Как сказал в приватной беседе один из сотрудников правоохранительных органов, «наверняка это бизнес серьезных людей, поэтому никто не будет в это лезть, рисковать своей работой». А будут отлавливать и наказывать рядовых аптекарей и закрывать глаза на то, что в это время многие медицинские работники работают с большим риском для своей жизни.

По данным на 14 мая, в Таджикистане от коронавируса погибли 29 человек. По данным же независимого, так называемого «народного» счетчика, число погибших от пневмонии и COVID-19 в республике превысило 210 человек. Неформальный подсчет ставших известными фактов показывает, что с середины апреля скончались более 30 таджикских врачей. Большинству из них был поставлен диагноз «пневмония», но коллеги и близкие свидетельствовали, что у скончавшихся медиков были все симптомы коронавирусной инфекции. Возможно, какие-то из этих смертей удалось бы предотвратить, если бы еще в апреле врачам обеспечили все необходимые условия и средства защиты.

Читайте также
  • Кто в Узбекистане возрождает почти забытое ремесло изготовления знаменитых нуратинских ковров

  • Реконструкторы парка Гафура Гуляма в Ташкенте пошли на переговоры с общественностью

  • Дональд Трамп — как кандидат от «партии» американских религиозных фундаменталистов

  • Правозащитник Виталий Пономарев — об эволюции протеста в Туркменистане